КТО СКАЗАЛ «ГАВ» 
 25.06.2018 
 ЭКСКЛЮЗИВ 
Агрофирму «Борское», ставшую правопреемником коллективного хозяйства «Красный Кутулук», в скором времени может постигнуть судьба банкротной телерадиокомпании «Стек». Тем более, соответствующий криминальный опыт у владельца обеих организаций уже имеется. В январе текущего года скандально известные инвесторы колхоза Елена Кошкадаева и Александр Гольдштейн, обвинявшиеся в мошенничестве в особо крупных размерах, были осуждены за злоупотребление полномочиями и приговорены к 11 месяцам лишения свободы. Сумма материального ущерба от их преступных действий составила почти 30000000 рублей.
Захват бизнеса, фиктивные сделки, скандалы, домашние аресты, обыски, задержания... В распоряжении сетевого издания «Борское.РФ» оказались материалы громкого уголовного дела, где фигурируют сотни миллионов и даже миллиарды.
По данным следствия, директор ООО «Промресурс» Александр Гольдштейн давал указание своей супруге — директору и совладелице телерадиокомпании «Стек» Елене Кошкадаевой — продать ему более 25% всех имущественных активов ТРК. Сделано это было втайне от второго акционера Ларисы Некрасовой — жены брата Гольдштейна. Криминальная парочка умышленно утаила сделку, вопреки закону. Они подписали заранее изготовленный договор купли-продажи безномерных акций. По нему Елена Кошкадаева передала мужу 70% мажоритарного пакета спортивного комплекса «Старт» рыночной стоимостью 27687248 рублей, принадлежащего «Стеку». Таким образом, произошло нелегальное отчуждение активов.
Кандидат экономических наук Александр Гольдштейн, признанный пособником Кошкадаевой, пояснил свои незаконные действия возвратом долга, данного брату Дмитрию на развитие бизнеса. Однако вместе с тем он выразил сомнение, что на многомиллионном договоре стоит его подпись — её якобы могли подделать. Что касается ущемления прав акционера Ларисы Некрасовой, то её Гольдштейн назвал только формальным учредителем компании. Подлинники контракта между Кошкадаевой и Гольдштейном бесследно исчезли.
В конце лихих девяностых Гольдштейн вместе с Кошкадаевой отдавал часть всех своих денег на спасение бизнеса брата Дмитрия Гольдштейна, который в то время вёл непримиримую борьбу с бывшим компаньоном Столяровым. Кошкадаева открытым текстом назвала это "финансированием войны". Уже в начале нулевых братья Гольдштейны ввели своих жён в совместный семейный бизнес. К общим активам относилась печально известная телерадиокомпания «Стек». Кошкадаева якобы не помнит, как именно стала её акционером. Сейчас бизнесвумен официально нигде не работает.
Фактически жёны братьев только условно владели бизнесом, выполняли лишь формальные функции. Начальник службы собственной безопасности бизнес-структур Гольдштейнов подтвердил, что Кошкадаева была номинальным директором, которая просто расписывалась в документации, не имея даже рабочего места. Все бумаги ей на подпись привозил домой заместитель. Бухгалтер предприятия рассказал, что директоры фирм, подконтрольных Гольдштейнам, никак не влияли на их деятельность и непосредственным руководством не занимались. Другие же сотрудники, включая бухгалтеров, ничего не знали о сделках и в дела не вникали. На допросе некоторые из них, ссылаясь на провалы в памяти, вообще отказались давать показания, чтобы не навредить самим себе, так как сами толком не понимали, что подписывали и за что отвечали. Зарплату они получали наличными, но через третьих лиц. В бухгалтерских бумагах имя Александра Гольдштейна просто указывалось аббревиатурой «ГАВ» (Гольдштейн Александр Вадимович).
Функции, которые возлагались на подконтрольных руководителей, практически никак не были связаны с их должностью. Такие номинальные директоры могли работать, например, в том же спорткомплексе «Старт», ООО «Профкомплект», ООО «Волгаспецрезерв», ООО «Спецкомплект», ОАО «Межрегионпром», ООО «Спецрезерв» и ООО «Южный-Агро». Часть фирм, кстати, находится во владении или под управлением Антона Гольдштейна — сына хозяина. Сейчас его уже представляют как полноценного инвестора «Красного Кутулука». На предварительном следствии по уголовным делам своих родителей он также с трудом вспоминал суть своей работы, а о некоторых сделках не знал вовсе.
Судя по всему, таким же диванным работником предложили стать бухгалтерше агрофирмы, которая во времена работы в колхозе умудрялась сидеть сразу на трёх стульях. По некоторым сведениям, инвесторы-уголовники предложили ей всего 10000 рублей, чтобы так же формально подписывать документы не отходя от плиты. По той же привычной и обкатанной схеме, бывшему председателю хозяйства Полукарову, в свою очередь, обещают место директора агрофирмы «Борское».
Когда Дмитрий Гольдштейн оставил Самару, уехав в Москву развивать собственный бизнес, он обещал прибыль на сотни миллионов. Направлением новой деятельности должны были стать клеточные медицинские технологии. Погрузившись с головой в новое дело, Дмитрий упустил из вида общий бизнес Гольдштейнов, когда-то основанный им самим, понадеясь на брата Александра и оставив все активы (больше 20 фирм) под его управлением. В столице он зарабатывал, в основном, на грантах и впоследствии остался в убытке. Александр Гольдштейн, продолжавший семейные дела в Самаре, полностью зависел от младшего брата и без его ведома никаких серьёзных сделок старался не совершать, но только первое время. Обязательная процедура согласований, строго регламентированная законом, заменялась видеобеседами через «Skype».
Вернувшись на малую родину, Дмитрий Гольдштейн потребовал у брата очистить спорткомплекс «Старт» от дебиторской и кредиторской задолженности между совместными предприятиями. Но Александр отказывался от "схлопывания" долгов. По показаниям свидетелей, он в одиночку транжирил деньги братьев и прорабатывал схемы захвата общего имущества. Однако и Дмитрий тоже грешил тем, что таскал из совместной кассы — например, 200000 рублей на подарок дочери или 260000 рублей на организацию её же свадьбы. Очевидцы вспоминают, как на закрытых собраниях из-за двойных дверей доносились крики и ругань, когда Гольдштейны выясняли отношения на повышенных тонах во время делёжки бизнеса.
В иномарке Александра Гольдштейна при его задержании оперативники ОБЭП обнаружили наличные в размере 4000000 рублей. Впоследствии к материалам уголовного дела о мошенничестве был приобщён мобильный телефон бизнесмена и восстановленные файлы, удалённые из персонального компьютера. Также изъята аудиозапись, на которой Гольдштейн склоняет конкурсного управляющего не допускать эксперта для осмотра имущества спорткомплекса «Старт». Из-за войны компроматов, развязанной уже во время судебного процесса, всплыли подробности их прошлых уголовных дел, которые якобы прекратили за несколько десятков миллионов. Брошенные фразы о взятках стали поводом для обыска на квартире Ирины Дмитриевой — адвоката Александра Гольдштейна.
Юрист Дмитриева вообще является одной из ключевых фигур в братских разборках Гольдштейнов. В какой-то момент её можно было даже уличить в двойной игре, когда адвокат владелицы ТРК«Стек» выступила на стороне ООО «Дельта-Проф» — фактических инициаторов процедуры банкротства «Стека», которые предъявляли претензии к телекомпании на сумму более 7000000 рублей. Совпадение или искусственное банкротство с заблаговременным выводом капитала и умышленно завышенными суммами сделок на миллиарды рублей?
Позднее, выступая на процессе против издания «Борское.РФ» о защите деловой репутации, Ирина Дмитриева рассказала слёзную историю, как после "информационных вбросов" в СМИ об уголовном прошлом Гольдштейна и Кошкадаевой им якобы пришлось краснеть перед пайщиками «Красного Кутулука» и оправдываться, что они — никакие не мошенники. «У моих доверителей совесть чиста», — резюмировала адвокатесса. Она с пренебрежением отозвалась о целевой аудитории издания как о читателях, мало что понимающих в экономике и юриспруденции.
Второй совладелец телерадиокомпании «Стек» Лариса Некрасова заявила, что Александр Гольдштейн управлял бизнесом непрофессионально. Её слова косвенно объясняют ведение дел Гольдштейном и Кошкадаевой на территории Борского района. Инвестор изначально повёл себя нелогично, когда не попытался сразу сесть за стол переговоров с пайщиками предбанкротного «Красного Кутулука» и договориться на берегу. Логичным итогом такого "профессионального" подхода стала нелицеприятная огласка в федеральной прессе. Но и здесь бизнесмены решили действовать нахрапом и затеяли с независимыми журналистами судебную тяжбу, сильнее размазывая ситуацию и провоцируя огласку подробностей своего криминального прошлого.
Агрофирма «Борское» — не первая организация, учреждённая Еленой Кошкадаевой в Борском районе. В конце 2010 года, практически сразу после прихода Эдуарда Ардабьева на пост руководителя муниципалитета, бизнесвумен создала ООО «Август-Агро» с юридическим адресом в Долматовке, а всего через 4 года ликвидировала предприятие. По словам главы сельского поселения, никакие налоговые отчисления от предприятия с таким названием в местный бюджет ни разу не производились. Вполне возможно, что регистрация юрлица была фиктивной. Тем более, ООО «Август-Агро» фигурирует в уголовном деле как совместное предприятие братьев Гольдштейнов.
Остаётся без ответа и другой вопрос: почему у Елены Кошкадаевой как у физического лица — аж целых 2 действительных идентификационных номера налогоплательщика, если ИНН присваивается гражданам РФ единожды и пожизненно? По информации инсайдера в минсельхозе, признаки задвоения усматриваются и у «Красного Кутулука» как у юридического лица. Устав организации, которая странным образом вдруг стала акционерным обществом, нигде публично не раскрыт.
«До инцидента в Новой Покровке мы и знать не знали этих двух одиозных деятелей и, уж тем более, не вдавались в их разборки с братьями, — вспоминает шеф-редактор «Борское.РФ» Александр Чугункин. — Затем, когда в местной газете последовали проплаченные материалы с элементами клеветы, мы просто не могли этим не воспользоваться. Наверное, редакционное руководство слепо доверилось главе района и отключило собственную ответственность. В итоге господин Ардабьев подставил не только муниципальную и областную прессу, но и уважаемых и влиятельных инвесторов, которые полагали, что у него со всеми информационными площадками договорено, а все журналисты прикормлены и зависимы. Но оказалось — не все».

Коллаж: ok.ru, edu.au